Молодежную политику — в единое правовое поле

161

В Общественной палате Северной Осетии проведена экспертиза федерального законопроекта № 993419-7 «О молодежной политике в Российской Федерации».

Законопроект разработан в целях развития положений Конституции РФ в редакции Закона РФ о поправке к Конституции РФ от 14 марта 2020 года № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти».

Законопроект № 993419-7 «О молодежной политике в Российской Федерации» предполагает создание единой молодежной политики в стране, устанавливая цели, принципы, основные направления молодежной политики, круг субъектов, осуществляющих деятельность в этой сфере и их компетенции, вопросы информационного обеспечения и мониторинга реализации молодежной политики. Также законопроект определяет основные используемые понятия — «молодежь», «молодая семья», «молодежные общественные объединения», «молодежная политика», «субъекты, осуществляющие деятельность в сфере молодежной политики», «инфраструктура молодежной политики».

По мнению экспертов Общественной палаты Северной Осетии, актуальность законопроекта бесспорна и определяется двумя хорошо известными обстоятельствами. Во-первых, отсутствие подобного федерального закона открывает широкое поле для популистских спекуляций. Во-вторых, в ряде субъектов Российской Федерации приняты законы о молодежной политике, и отсутствие системообразующего федерального законодательного акта не только чревато опасным «межеванием» правового поля, но и создает трудности в работе органов государственной власти и местного самоуправления, порождает препятствия в их взаимодействии с общественными объединениями и гражданским обществом в целом.

Важнейшей практической целью «векторного» федерального закона «О молодежной политике в Российской Федерации» является создание единого правового поля в сфере молодежной политики, в том числе единого определения ее целей, принципов, направлений и форм реализации.

Важнейшее социальное последствие принятия закона – увеличение «законодательного возраста» молодежи до 35 лет (это на 5 лет больше прежнего определения), что кардинально расширяет возможности отдельных граждан, молодых семей, молодежных объединений пользоваться мерами государственной поддержки.

Текст закона по большей части декларативен, что естественно для законов подобного типа и вовсе не отменяет его социально-политическую и практическую целесообразность.

В общей положительной оценке законопроекта следует исходить из того обстоятельства, что понятие «молодежная политика» заведомо является политико-правовым конструктом, предназначенным для решения актуальных социальных проблем. Проект предлагает положения, вполне адекватные современному набору внутриполитических задач Российской Федерации.

В этой связи Общественная палата Северной Осетии считает разработанный законопроект актуальным и представляет положительное на него заключение.